Nothing's really different, everything has changed

   Прошло лето. Я осталась в Хабаровске, я поступила, я съездила в Москву-Питер со своим человеком и на море с родителями. Все осталось на своих местах. Тех глобальных перемен, которых я ожидала (на самом деле нет) не произошло. 

   Но это лишь со стороны. Исчезло чувство страха, дикого страха перед неизвестностью. У меня есть конкрентый план на будущее и четкое осознание, как жить ближайший год. Исчезло чувство страха, дикого страха потерять человека. Жить вместе, проводить каждый день с ним и его друзьями, терпеть какую-то разлуку, чтобы вновь увидеться, вместе ненавидеть армию — все это ужасно сближает. Исчезли сомнения, исчезли тревоги. Исчезли люди. Разъехались по разным городам, завели новые компании, просто испарились. Такое иногда бывает.

   Да, иногда меня клинит и я чувствую, что надо «гореть гореть гореть и сгорать и перерождаться и снова гореть», но потом приходит осознание, что пока еще можно, нужно просто сидеть и греться, греть, иначе потом есть риск сгореть и не зажечься снова. Это единственное, что напоминает мне о том, что было «ДО», от этого чувства я никогда не избавлюсь, ведь оно — есть я. 

   И все же остается какая-то доля неясности, как будто сам ветер постоянно шепчет тебе «а что дальше, ты представляешь?». И нет, я чувствую, что не представляю. Есть план и осознание будущего, но нет видения завтрашнего дня. Даже сегодняшнего. И жить иногда не хочется, потому что ведь все ради сегодня, а оно улетает и оставляет тебя совершенно растерянным. А может это просто осень. 

   Одно понятно — все стало другим, хоть ничего на самом деле не поменялось.

Обсудить у себя 1
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Маленький человек-лев
Маленький человек-лев
сейчас на сайте
106 лет (22.01.1911)
Читателей: 37 Опыт: 40 Карма: 1
Если не спать под открытым небом, не прыгать по поездам и не делать, что хочется, остается одно: с сотней других пациентов сидеть перед миленьким телевизором в шизарне и «находиться под присмотром».